Вчера Президент РФ выступил с Посланием к Федеральному Собранию. К сожалению, о проблемах высшего образования и науки было сказано немного. Но даже отдельные тезисы и ремарки Послания были восприняты Министерством высшего образования и науки как руководство к действию. Наш профсоюз, увы, не готов сделать из них мало-мальски обнадёживающие выводы, однако общественное внимание, которое всегда привлекает этот документ, побуждает нас дать к нему комментарии, которые поместят его в более широкий контекст.
Представляем вашу вниманию выдержки из речи Президента и наши мысли по их поводу.
Настоящий прорыв совершили наши учёные, и сейчас Россия обладает тремя надёжными вакцинами от коронавируса. Эти и многие другие достижения последних лет — прямое воплощение растущего научного и технологического потенциала страны.
Тут мы, конечно, Президента поддерживаем. Создание российской и, судя по всему, вполне действенной вакцины — большое и хорошее дело. При этом нужно понимать, что производственные мощности явно недостаточны. Ну, а медленные темпы вакцинации населения показывают не только тотальное недоверие к государству со стороны обывателей, но и катастрофическое падение уровня образования, а также отсутствие нормальных условий для деятельности популяризаторов знаний.
Кроме того, нам нужно сформировать дополнительные возможности для студенческого туризма. И уже в этом году запустить здесь пилотные проекты, включая проживание в университетских кампусах и общежитиях других регионов для студентов, которые летом отправятся путешествовать по стране.
Наш профсоюз приветствует, что внимание политического руководства страны привлекли проблемы студентов — традиционно мало обсуждаемой в прессе, но очень важной группы общества. Сегодняшние студенты — это завтрашние специалисты, а значит, будущее нашей страны. Студенческий туризм, упомянутый в Послании, развивать следует. Но это проблема далеко не первого порядка: это не то, что обеспечит студентам уверенность в сегодняшнем дне и позволит обществу быть уверенным в дне завтрашнем. Так, например, в плачевном состоянии находится материальная база высшей школы: общежития, кампусы, организация питания студентов. Тем самым даже каждодневные условия жизни и учебы студентов не обеспечены в должной мере. Аварийные здания вузов представляют настоящую опасность: недавно в Иваново 20-летнюю студентку убило куском стены, который отвалился от здания бывшей архитектурно-строительной академии. Кроме того, следует обратить внимание на низкие стипендии, которые вынуждают студентов отвлекаться от образовательного процесса ради подработок, а также отсутствие реального студенческого представительства в органах коллегиального управления вузами. Туризм предполагает поездки по стране и за ее пределы, но заниматься этим следует во внеучебное время. Однако значительная часть студенчества вынуждена работать на низкооплачиваемых работах далеко не только в периоды каникул, и руководство университетов ничего не делает для того, чтобы студенты могли сосредоточиться только и исключительно на образовательном процессе.
Положения о демографическом развитии, защите семьи и детства обозначены в обновлённой Конституции России, и они должны получить своё практическое воплощение в работе всех уровней власти. Предлагаю в каждом национальном проекте предусмотреть специальный раздел, направленный на поддержку молодых людей, молодёжи.
Поддержка молодёжи — это, конечно, важный приоритет. Мы рассчитываем, что меры поддержки будут включать в себя увеличение стипендий студентов хотя бы до уровня МРОТ. Впрочем, меры поддержки не должны ограничиваться материальным обеспечением. Необходимо также гарантировать адекватное представительство студентов в управляющих органах университетов, включая ученые советы.
Этот год объявлен в нашей стране Годом науки и технологий. Мы понимаем, что наука в современном мире имеет абсолютно ключевое значение. До 2024 года на гражданские, в том числе фундаментальные, исследования Россия только из федерального бюджета направит 1 триллион 630 миллиардов рублей. Но это не всё. Мы запускаем инновационные программы по направлениям, критически важным для развития страны. Они получат статус проектов государственного значения.
Фактически, речь идёт о бюджете примерно в 550 миллиардов в год. Эти цифры, надо признать, сильно не дотягивают до объёмов финансирования зарубежных коллег. Например, у Общества Макса Планка только институциональное финансирование (госфинансирование на содержание, не считая грантов) — 1,7 млрд. евро. А в целом на науку в ФРГ (университеты и четыре «зонтичных» научных общества) ежегодно направляется из бюджета эквивалент примерно 1,4 — 1,5 трлн. рублей, не считая грантовых средств. Увы, но современная наука требует денег, и с таким финансовым подходом рассчитывать на конкурентоспособные научные школы не приходится.
Через месяц ученики 11-х классов будут сдавать экзамены. По их результатам большинство, порядка 60 процентов, выпускников смогут поступить на бюджетные места в вузах. Такого широкого бесплатного доступа к высшему образованию, как в России, можно ответственно сказать, нет практически ни в одной стране мира.
Эта фраза свидетельствует прежде всего, что спичрайтеры президента, к сожалению, не очень представляют себе реальное положение дел. Когда мы говорим о 60% выпускников одиннадцатых классов, надо ещё смотреть, какая часть окончивших девять классов продолжают общее образование. И с бесплатным образованием в целом ряде европейских стран дело обстоит, пожалуй, лучше, чем в России. Другое дело, что там широкие врата «на вход», однако из высшего учебного заведения легко вылететь, если выполнять требования образовательных программ не получается. Наша система подушевого финансирования делает отсев — без которого невозможно обеспечить высокое качество выпускников — весьма и весьма затруднительным. А уровень выпускников общеобразовательных школ, падающий год от года, ещё более усугубляет проблему. К сожалению, многие региональные университеты уже давно превратились в пункты передержки, в которых молодых людей просто развлекают несколько лет, пока они «пересиживают» призывной возраст или просто бездельничают. Есть ли толк в таком, с позволения сказать, «высшем» образовании?
Начиная с текущего года не менее 100 вузов в субъектах Федерации будут получать гранты от 100 миллионов рублей и выше на открытие студенческих технопарков, бизнес-инкубаторов, обновление учебно-лабораторной базы и программ обучения. На такую поддержку смогут претендовать все государственные вузы, в том числе те, где готовят будущих педагогов, врачей, работников сферы транспорта и культуры. Уверен, что молодое поколение россиян, российских учёных в полной мере заявит о себе в новых значимых исследовательских проектах.
Увы, но грантовая схема финансирования показала свою несостоятельность во время программы 5-100. Университетам необходимо кратное увеличение финансирования по всем статьям госзадания, а также серьёзные институциональные реформы, включающие в себя повышение самоуправляемости, очищение университетов от различного рода бюрократов и плагиаторов на руководящих должностях. Необходимо предоставить студентам и академическим работника возможности более плотной интеграции в международную академическую среду.
Для научных прорывов следует обеспечить воспроизводство научных кадров. Это возможно только в условиях предсказуемой карьеры, понятных «правил игры» — и не в последнюю очередь высоких зарплат для ученых, что одновременно означает и престиж профессии. Молодой ученый не пойдет работать за 25 тысяч рублей в научный институт: он, скорее, эмигрирует и продолжит свой путь в профессии за границей, уйдет в бизнес или в области, не связанные с исследованиями. Статистика неутешительна: с 2012 года увеличилось в пять раз количество ученых и высококвалифицированных специалистов, уехавших из России: с 14 до 70 тысяч. Этот процесс можно и нужно остановить. Разумеется, не административными ограничениями.
В предстоящие два года дополнительно откроем в вузах ещё 45 тысяч бюджетных мест. Не менее 70 процентов из них отдадим именно в регионы Российской Федерации, где нужны выпускники.
Само по себе увеличение количества бюджетных мест трудно не приветствовать. Но необходимо уточнить несколько весьма важных деталей. Большой вопрос, как эти бюджетные места будут распределены по направлениям подготовки. А также как они будут соотноситься с потребностями регионов и запросами абитуриентов. Без ответа на эти вопросы цифры просто не имеют смысла. А главное, где рабочие места, куда могли бы пойти люди, получившие образование на этих бюджетных местах? Ещё одна важная проблема: кто и в каких условиях будет учить этих студентов. Не учтено ни катастрофическое сокращение численности преподавателей за последние 10 лет, ни их перегрузка, а также недостаточная оплата труда. Как следствие — падение качества образования из-за оттока лучших кадров из профессии.
Подводя итоги, можно сказать только одно: времена российской высшей школе и науке предстоят трудные. Надежды на то, что произойдёт радикальный перелом в отношении государства к академическим учреждениям, нет. Ну, а с учётом продолжающегося раскручивания маховика репрессий, который, например, затронул академика Ефима Хазанова и редакцию студенческого журнала DOXA, времена нам предстоят, мягко говоря, безрадостные. Тем важнее для нас, профсоюза академических работников, продолжать совместную работу с общественными и студенческими организациями и не забывать о выстраивании низовых горизонтальных структур, основанных на солидарности.
В борьбе обретём мы право своё!
