Публикуем статью доцента, кандидата юридических наук Валерия Цитульского о том, как его де-факто уволили из Всероссийского государственного университета юстиции из-за его профсоюзной активности.
В «Советской России» от 24 сентября с.г. опубликована статья «Из доцентов — в гардеробщики», в которой кандидат исторических наук, доцент А. Смольников поведал, что в Московском финансово-юридическом университете (МФЮА) руководство вуза решило «по путинским словесам, оптимизировать — отправить армию вузовских преподавателей всех чохом в 65 лет на пенсию». Как ему сказали в отделе кадров, только в сентябре не продлили трудовые договоры с тридцатью преподавателями.
В столице имеется не менее известный вуз — Всероссийский государственный университет юстиции (РПА Минюста России), в котором первый проректор Д.В. Гурьев 1 июня издал распоряжение, в соответствии с которым послал 60 штатных преподавателей в прямом смысле этого слова на три буквы — на ГПХ (договоры гражданско-правового характера), предложив им заключить гражданско-правовой договор, поскольку решил 30 июня всех их уволить на основании истечения срока действия трудового договора. Как заместитель председателя первичной профсоюзной организации вуза 25 июня я лично встречался с Д.В. Гурьевым, пытаясь убедить его, что поскольку приказам ректора конкурс на замещение должностей профессорско-преподавательского состава уже был официально объявлен и должен был состояться в два этапа — в мае и июне, то согласно ст. ст. 18 и 332 Трудового кодекса РФ этот конкурс должен быть обязательно проведён. Но конкурс, который должен быть проведен в мае, не состоялся без уведомления конкурсантов, а об отмене июньского этапа конкурсного отбора участники получили официальные уведомления со ссылкой на невозможность проведения конкурса из-за… «действия непреодолимой силы». О новых сроках конкурсного отбора участники не уведомлялись: руководство решило не проводить конкурс и уволить всех 60 преподавателей по п. 2 ст. 77 ТК РФ (в связи с истечением срока трудового договора). В этой связи я предложил в соответствии с действующим законодательством продлить срок действия трудового договора с каждым преподавателем до проведения конкурса, а не увольнять их. Однако на Д.В. Гурьева мои доводы со ссылкой на конкретные статьи Трудового кодекса РФ не возымели действия — он аргументировал свою позицию тем, что никакого сокращения штата преподавателей нет, а поэтому и можно заключить с этими же преподавателями договоры ГПХ после их увольнения.
18 и 29 июня в режиме онлайн были проведены профсоюзные собрания, на которых я сообщил всем участвующим в них преподавателям о незаконности изданного 1 июня первым проректором распоряжения, предложив всем подлежащим увольнению работникам не подписывать ни в коем случае договор ГПХ, поскольку каждый преподаватель будет в дальнейшем обречён буквально на рабский труд — нормы трудового права не будут распространяться на их трудовую деятельность, призвав всех их в случае увольнения по п.2 ст. 77 ТК РФ обращаться в суд с целью восстановления на прежней работе и гарантированной законом оплаты времени вынужденного прогула.
14 июля ректором О.И. Александровой был издан приказ, согласно которому на 16 сентября было назначено проведение конкурса, поэтому я не стал обращаться в суд по поводу восстановления на прежней работе, наивно полагая, что руководство решило поступить в данной ситуации благоразумно, с учётом предыдущих серьёзных погрешностей в своей работе. 16 сентября конкурсный отбор действительно состоялся — Учёный совет принял решение не переизбирать меня, а также ещё 7 человек из числа тех, кто отказался подписать договор ГПХ до проведения конкурса.
Здесь как говорится, всё шито белыми нитками, поскольку все неизбранные Учёным советом преподаватели отработали в данном вузе много лет и ранее неоднократно успешно переизбирались по конкурсному отбору, их кандидатуры и в этот раз были поддержаны кафедрами и рекомендованы к переизбранию на занимаемые ими до увольнения должности, к тому же альтернативные кандидаты в конкурсе не участвовали. Налицо использование руководством административного ресурса: дабы другим неповадно было на то глядючи — чтобы остальные преподаватели были тише воды, ниже травы. Следует отдать должное — пока что это «достижение» руководству удалось, но надолго ли? Как заместителю председателя профсоюзной организации понятно, почему меня постигла такая участь — именно за активную работу по защите интересов трудового коллектива, тем более что эти интересы работников нашего вуза мне довелось защищать не впервые. Например, 30 августа прошлого года на общем собрании трудового коллектива я критиковал в присутствии руководства его неправомерную деятельность, затронув несколько вузовских проблем, которые активно обсуждались в коллективе, но только в кулуарах. Открыто поддержала моё выступление лишь моя супруга, остальные молчали. Поэтому моё неизбрание по конкурсу вполне объяснимо и закономерно, однако и руководству не мешало бы знать, что ст. 4 ТК РФ называется «Запрещение дискриминации в сфере труда», а я расцениваю моё неизбрание на должность именно как дискриминацию вследствие профсоюзной деятельности.
Я проработал в указанном вузе в должности доцента более 18 лет, за всё время работы имел лишь одни благодарности: неоднократно был награждён почётными грамотами, в том числе за подписью Министра юстиции РФ, а также в позапрошлом году получил почётную грамоту за подписью ректора О.И. Александровой. Моя жена, Шершнёва-Цитульская И.А. отработала в этом же вузе более 14 лет в должности доцента, также поощрялась многократно почётными грамотами и благодарностями, в том числе имеет правительственную награду. У нас двое 4-летних детей, старшая дочь 21 года — инвалид с детства 1 группы, прикованная к постели, требующая полного ухода. Об этих обстоятельствах Д.В. Гурьеву и О.И. Александровой хорошо известно, однако, как говорится, для таких людей нет ничего святого — плевать они хотели на все эти жизненные моменты, в одночасье превратив обоих родителей в безработных.
Особо следует отметить, что многие из числа уволенных 60 преподавателей не вернулись во ВГУЮ (РПА Минюста России), найдя себе другое место работы, результатом чего стал кадровый голод на многих кафедрах, приостановка деятельности диссертационных советов, невозможность реализации отдельных магистерских программ. С преподавателями, избранными по конкурсу 16 сентября, были заключены «эффективные контракты» сроком менее учебного года — до 30 июня 2021 года. Очевидно, по окончании этих контрактов руководством вновь будет предложено перейти всем преподавателям на ГПХ, т.е. наступление на права и социальные гарантии трудового коллектива продолжается.
Впервые во ВГУЮ (РПА Минюста России) наблюдается такое постыдное явление, как задержка заработной платы: те преподаватели, которые должны были получить так называемую «коммерческую доплату» вместе с отпускными, получили эти деньги лишь 30 сентября, а все те преподаватели и методисты, работавшие по договорам ГПХ и задействованные в приёмной комиссии, не получили до сих пор обещанных выплат.
Неизбежно возникает вопрос — чем именно обусловлено столь беспрецедентное противоправное поведение руководства, почему Д.В. Гурьев и О.И. Александрова столь уверены в своей непогрешимости? Ведь они давно возомнили, что ВГУЮ (РПА Минюста России) — их личная вотчина, забыв при этом, что полное название возглавляемого ими вуза — Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего образования «Всероссийский государственный университет юстиции (РПА Минюста России)». А ларчик просто открывался — О.И. Александрова является женой… председателя Следственного комитета РФ А.И. Бастрыкина — вот, оказывается, где собака зарыта!
Поскольку ВГУЮ (РПА Минюста России) является структурным подразделением Министерства юстиции РФ, то неизбежно возникает ещё один вопрос — куда все эти годы (а ректорствует О.И. Александрова почти 6 лет) смотрели ответственные чиновники из Минюста и что по этому поводу может сказать сам нынешний Министр юстиции РФ К.А. Чуйченко? Ведь ,как представляется, два руководителя структурного подразделения Минюста РФ давно дискредитировали две важнейшие государственные структуры — Министерство юстиции РФ и Следственный комитет РФ. Юстиция в переводе означает справедливость, и в названии вуза содержится этот термин, но можно ли говорить о какой-то справедливости в свете всего вышесказанного?
Во всем происходящем в столь известном юридическом вузе бросается сразу же в глаза одна важнейшая деталь — многолетнее пассивное созерцание преподавательским коллективом многочисленных неблагополучий и нарушений законности со стороны руководства. К сожалению, такая тенденция характерна для многих российских вузов, но уникальность ситуации состоит в том, что большинство преподавателей ВГУЮ (РПА Минюста России) являются юристами, которые в силу своей профессии должны защищать законность и правопорядок, но предпочитают закрывать глаза на незаконные действия руководства. Вместе со мной с работодательским произволом как мог боролся председатель профкома А.В.Морозов — результатом такой борьбы для него явилась госпитализация в стационарное лечебное учреждение.
Я был избран заместителем председателя профкома в прошлом году, а полномочия заместителя председателя первичной профсоюзной организации с меня никто не снимал и не отстранял от этой должности, то намерен в дальнейшем всеми законными способами и средствами защищать права и интересы не только свои и своей семьи, но и социальные гарантии трудового коллектива, в котором проработал без малого два десятилетия.
Валерий Цитульский,
кандидат юридических наук, доцент
