Публикуем интервью МБХ Медиа сопредседателя Межрегионального профсоюза работников высшей школы «Университетская солидарность» Павла Кудюкина. Речь пойдет о том, существует ли в России профсоюзное движение, какие перспективы имеет инициатива Навального, и кто еще осваивает в России левую повестку?

— Как вы считаете, есть ли реальные перспективы добиваться увеличения зарплат бюджетников у профсоюза Навального?

— Во-первых, на мой взгляд, у этого проекта не вполне корректное название. То, что запустил Навальный — совсем не профсоюз и не имеет к профсоюзам никакого отношения. Но, безусловно, этот проект может быть полезен для реального профсоюзного движения как форма информационной поддержки и поиска потенциальных сторонников и членов профсоюзов.

— Чем инициатива Навального принципиально отличается от профсоюзов?

— Этот проект не предполагает какой-то активности самих работников бюджетных отраслей. Вся их деятельность заключается в том, что они должны написать сведения о своей зарплате и дать возможность команде Навального подготовить обращения в органы власти, суды.

А реальный профсоюз — это, прежде всего, действующие его члены, которые не ограничиваются тем, что обращаются в органы власти и суды. Это, конечно, один из элементов, но далеко не главный в профсоюзной деятельности.

К тому же проект Навального не предлагает никаких форм самоорганизации тех, кто в нем принимает участие. Нет никаких опций для коммуникации людей друг с другом, материальной организации. Это очень вертикальная конструкция. Есть кто-то наверху, он собирает информацию, регулирует подачу этих заявлений, а есть те, кто внизу, и они ждут, что им кто-то вдруг поможет.

— Насколько эффективны существующие в России профсоюзы?

— Профсоюзы в России разные. Степень эффективности, наверное, каждого из них оставляет желать лучшего, но происходит это по разным причинам. В бюджетной сфере есть профсоюзы, эволюционировавшие из советских псевдопрофсоюзов: Всероссийский профсоюз работников образования и науки, Российский профсоюз работников здравоохранения, профсоюз работников культуры и еще целый ряд подобных организаций. Все они входят в Федерацию независимых профсоюзов России. У них есть родовая травма — они ориентированы на подчинение администрации.

Эти профсоюзы сплошь и рядом включают в свой состав представителей работодателя. Это абсурдная ситуация, от которой, естественно, страдает эффективность организации, которая должна защищать интересы работников. Ведь изначальный принцип профсоюзов заключается в том, что интересы работодателей и их подчиненных не совпадают.

— То есть реальных, независимых профсоюзов в России нет?

— Есть. Это очень тяжело создаваемые снизу организации. В бюджетной сфере это профсоюз работников образования «Учитель», профсоюз работников здравоохранения «Действие» и профсоюз работников высшей школы «Университетская солидарность». В уставах этих организаций достаточно четко обозначено, что их членами не могут быть представители работодателя.

Участники акции в рамках кампании профсоюзов «Учитель» и «Университетская солидарность», 2016 год. Фото: Петр Кассин / КоммерсантъСкажем, в «Университетской солидарности», сопредседателем которой я являюсь, максимальный должностной уровень для членов профсоюза — заведующий кафедрой, и то для них придуман отдельный, довольно усложненный порядок приема в профсоюз.

Все три названных мной организации входят в Конфедерацию труда России. Она объединяет реально независимые от государства, политических партий и работодателей профсоюзы. И, соответственно, эти профсоюзы ориентированы на активную деятельность, а не на соглашательство.

— Есть какие-то ощутимые успехи у этих профсоюзов?

— Думаю, самый яркий пример — это то, что в МФТИ (Московский физико-технический институт — прим. «МБХ медиа») удалось без повышения бюджетного финансирования практически в два раза поднять зарплату преподавательско-профессорского состава.

— Будут ли эти независимые профсоюзы сотрудничать с Навальным в рамках его проекта?

— Мы, безусловно, готовы сотрудничать информационно. Это должен быть двухсторонний обмен информацией о реальных заработных платах. Но мы все-таки глубже исследуем эту проблему, соотнося размер зарплат с уровнем трудовой нагрузки, чего проект Навального пока вообще не делает. Бороться нужно не только за зарплату, но и, например, за демократизацию правления в бюджетных организациях, за реальную академическую свободу, если мы говорим об образовании, за многие другие вещи.

О том, что мы открыты к сотрудничеству, говорится и в сегодняшнем заявлении сопредседателей «Университетской солидарности». Никто не отрицает такой возможности, но нам важно сохранить свою независимость от политических сил.

— Сможет ли Навальный при помощи этого проекта завоевать ту аудиторию, к которой он обращается?

— Это трудно прогнозировать, поскольку значительная часть работников бюджетных отраслей — люди очень осторожные. Хотя социальное напряжение и недовольство своим положением растет, многие пока побаиваются открыто отстаивать свои интересы, организовываться и заявлять о своем недовольстве. Тем более Навальный для российских властей фигура неприятная, и это тоже может многих отпугнуть. Однако сейчас тяжело загадывать вперед, и за этим будет интересно понаблюдать.