Свежая колонка Олега Донских специально для unisolidarity.ru — в продолжение темы Федеральных образовательных стандартов и «компетенций».

*

Философия – это очень тонкая грань между истиной и ложью.
Из ответов на ЕГЭ

Насколько я понимаю, те, кто готовил федеральные стандарты (объясняющие всей стране, какими должны быть выпускники наших учебных заведений, в основу обучения которых положен компетентностный подход) должны владеть базовыми и профессиональными компетенциями для такой ответственной работы. Однако, изучая следы их деятельности, представленные в подписанных министром документах, приходишь к выводу, что этими компетенциями составители не обладали. Ни когда они формулировали общекультурные компетенции, ни когда они формулировали профессиональные. Некоторые образчики общекультурных я приводил в предшествующей колонке. Теперь стоит поговорить о профессиональных.

Надо сказать для начала, что чтение федеральных стандартов – дело тяжелое и неблагодарное. И не потому, что это документы служебные и сухие, а потому что они служебные и очень мокрые. Сырые. И часто бессмысленные. Как будто их составители смотрели на тех, кто будет это читать, с некоторым лунно-марсианским презрением. Начнем с тех рамок, в которые списки профессиональных компетенций помещены.

Например, «объектами профессиональной деятельности бакалавров [философии] являются различные формы бытия» (пункт 4.2). Они, по мысли составителей, должны уметь вычленять формы бытия из бытия и с ними работать. Собственно говоря, после такой фразы уже дальше читать бессмысленно, поскольку понятно, что написавший это просто некомпетентен. Однако эта формулировка повторяется и у магистров-философов.

Продолжим. «В результате изучения базовой части цикла обучающийся должен знать: этапы и особенности развития всеобщей истории, мировой культуры, религии, а так же понятия и закономерности политической, экономической и правовой теории;…» Во-первых, авторы пишут с ошибками, поскольку в данном контексте «также» пишется вместе, а, во-вторых, они вводят очень странное понятие некоей монструозной «политической, экономической и правовой теории», которая несет какие-то закономерности.

А дальше очень интересный «общенаучный цикл», в результате освоения базовой части которого магистр будет владеть «базовыми знаниями о целях, содержании и структуре образовательной системы России, об общих формах организации учебной деятельности; методах, приемах и средствах управления педагогическим процессом, навыками создания инновационных образовательных ресурсов при помощи информационных технологий». Надо сказать, что в других стандартах «общенаучный» и «педагогический» синонимами не являются, поэтому оставим такое владение русским языком на совести составителей стандартов по философии.

Читая дальше про магистров-философов, обнаруживаешь, что вузы «в рамках учебных курсов» должны, в частности, предусмотреть «встречи с представителями российских и зарубежных компаний». Я бы это понял для инженеров. Как встреча с представителем компании «Газпром» или «Кока-кола» поднимет уровень нашей философской мысли, пусть останется тайной составителей. У меня подозрение, что эту фразу перетащили из другого стандарта и плохо отредактировали.

Когда профессиональные компетенции помещаются в такое окружение, перестаешь удивляться их неряшливости.

Самый высокий профессионализм должны в результате обучения демонстрировать бакалавры-журналисты. Преподаватели должны сформировать у них 58 профессиональных компетенций. (Для сравнения: у бакалавров-химиков этих компетенций 12, у бакалавра по специальности «изящные искусства» их 9.) Причем, что забавно, знание норм русского языка у журналистов – это ПК (профессиональная компетенция) под номером 30. А потом (ПК 35) идет замечательная фраза – «знание основ паблик рилейшнз в сфере СМИ». Тогда уж написали бы вместо «знания основ» по нормальному — «нолидж оф фандаменталз».

Бакалавр-культуролог обладает «готовностью пользоваться нормативными документами, определяющими параметры и стоимость проведения работ в разных сферах социокультурной деятельности (ПК-10)». Но у него уже сформирована при этом общекультурная компетенция – умение «использовать нормативные правовые документы в своей деятельности» (ОК-5). Кстати говоря, такое сплошь и рядом, когда формулировка ПК лишь словом или несколькими отличается от ОК по той же специальности.

Так, бакалавры-культурологи должны освоить две ОК и должны обладать «владением [«обладать владением» само по себе прекрасно по-русски!] основными методами, способами и средствами получения, хранения, переработки информации, имеет навыки работы с компьютером как средством управления информацией (ОК-12)», и еще обладает «способностью работать с информацией в глобальных компьютерных сетях(ОК-13)». Но этого мало, он еще должен обладать «способностью применять современные информационные технологии для формирования баз данных в своей предметной области (ПК-14). Видимо, по мысли составителей, владеть основными методами и способами недостаточно, чтобы формировать базы данных. А вот бакалавр-филолог почему-то должен уметь редактировать  тексты профессионального назначения на русском языке. И это не профессиональная, а общекультурная компетенция (ОК-2).

У целого ряда специальностей в качестве компетенции указана способность порождать новые идеи — креативность. Т.е. вузы должны готовить гениев.

В отдельных случаях различение компетенций очень тонкое. Например, бакалавр-математик должен в результате обучения обладать «умением сформулировать результат (ПК-3)», но этого мало. И составитель (по-видимому, глубокий специалист в преподавании математики) уточняет, что он должен обладать «умением на основе анализа увидеть и корректно сформулировать результат (ПК-5)». Бакалавр-журналист должен «принимать участие в текущем планировании деятельности СМИ и планировать собственную работу (ПК-46)». Но потом следует уточнение – он должен «участвовать в коллективном анализе деятельности СМИ [почему участие – это компетенция — пусть останется на совести составителя] и анализировать результаты собственной работы (профессиональная рефлексия) (ПК-47)». Планировать работу бакалавр-журналист должен как-то так, а анализировать на основе рефлексии, причем профессиональной. Чем она отличается от непрофессиональной – секрет составителя.

У бакалавра по специальности «изящные искусства» компетенции сформулированы так, что он должен обладать не только способностью, но сразу и готовностью, например, «способностью и готовностью к ассистированию деятельности магистра или специалиста-искусствоведа при осуществлении изысканий в сфере интегративного искусствознания и исследований (ПК-9)». Каких исследований, остается загадкой.

Но даже на этом фоне некоторые повороты компетентностной мысли выглядят удивительно. Так, в общепрофессиональном цикле бакалавр-филолог должен «знать: основные понятия и термины филологической науки, ее внутреннюю стратификацию; понимать сущность и значение информации в развитии современного информационного общества»; а вот что он должен уметь — «уметь использовать основные методы защиты производственного персонала и населения от последствий аварий, катастроф, стихийных бедствий; применять на практике базовые навыки сбора и анализа языковых и литературных фактов с использованием традиционных методов и информационных технологий». Все правильно – защитил персонал и население от стихийного бедствия, и беги, собирай языковые факты до техногенной катастрофы.

Возникает закономерный вопрос: кто составлял эти стандарты? Кто их согласовывал и кто их читал до того, как они попали на сайт? И кто объяснит, чем ЗУНы (знания, умения, навыки) были хуже, чем «знать, уметь, владеть», которые являются великим достижением компетентностного подхода? Я считаю, что страна должна знать героев. Если, конечно, это все нам присылают не с Луны или с Марса.