Публикуем комментарии к Открытому письму ректора «Пироговки» А.Г.Камкина нашего постоянного автора — адвоката Олега Вениаминовича Назарова, дающие яркое представление о том, насколько абсурдными и противоречащими не только здравому смыслу, формальной логике, академической этике, но и российскому законодательству выглядят многие утверждения автора данного письма
Не знаю о деталях якобы противоправного поведения лиц, упомянутых уважаемым А.Г.Камкиным в его «Открытом письме», однако некоторые его утверждения и выводы, у меня, как у юриста, вызывают недоумение.
Законами нельзя злоупотреблять. Их можно или исполнять, или нарушать. Злоупотреблять можно правомочиями, предоставленными законом. В зависимости от тяжести такого злоупотребления оно может быть или дисциплинарным проступком, или преступлением (ст.285 УК РФ).
Хотелось бы и большей логики в изложении. Если была в конечном итоге снижена «плата за койко-место» в общежитии, то из этого с неизбежностью следует, что повышена она была безосновательно. А иначе, зачем снижать? В отношении «коллективности протеста». Обращение «двух или трех студентов» уже является коллективным. Что касается «протеста», то это и есть проявление недовольства действиями администрации вуза в интервью СМИ. Именно так действия студентов и должны рассматриваться. Если бы они благодарили за повышение цен, то это было бы «одобрением». Поскольку есть недовольство – протест. Формальная логика. Таким образом, фактически наличие «коллективного протеста» студентов не опровергнуто. Он только на словах безосновательно отвергается уважаемым Андреем Глебовичем Камкиным вопреки им же признанным фактическим обстоятельствам.
Кроме того, в «Открытом письме» не указаны мотивы, по которым снижена «плата за койко-место» (совесть замучила, стало жаль неимущих студентов и т.д.). Пока же из письма видно только то, что снижение «платы за койко-место» находилось в доказанной прямой и непосредственной причинной связи с коллективным протестом студентов. Если отрицать эту связь, то тогда следует признать, что студенты протестовали в то время, когда плата была уже снижена… Нонсенс. Таким образом, не соответствует фактическим обстоятельствам утверждение А.Г.Камкина о том, что является ложью утверждение его оппонентов о вынужденном снижении им цен под давлением «протеста».
Как следует из письма А.Г.Камкина, он не проявил желания сотрудничества с председателем профкома А.Паршуковым, не решил положительно вопрос о предоставлении помещения, мебели, оргтехники… При этом А.Г.Камкиным указано, что «у нашего Университета уже есть коллективный договор с профсоюзом медицинских работников… и я не очень понимаю, зачем нам еще один». В письме не оспаривается надлежащая регистрация профсоюза.
В этой связи есть необходимость, как представляется, упомянуть о части 1 статьи 16 федерального закона от 12.01.1996 № 10-ФЗ (ред. от 02.07.2013) «О профессиональных союзах, их правах и гарантиях деятельности», согласно которой наличие иных представительных органов работников в организации не может использоваться для воспрепятствования деятельности профсоюзов в соответствии с настоящим Федеральным законом. Таким образом, есть один профсоюз, может быть по закону и другой. Согласно части 1 статьи 17 этого закона, для осуществления своей уставной деятельности профсоюзы вправе бесплатно и беспрепятственно получать от работодателей информацию по социально-трудовым вопросам. На основании части 1 статьи 28 этого закона, работодатель предоставляет профсоюзам, действующим в организации, в бесплатное пользование необходимые для их деятельности оборудование, помещения, транспортные средства и средства связи в соответствии с коллективным договором, соглашением. Вести такие переговоры с первичной организацией профсоюза и заключать соглашение обязывает работодателя статья 13 указанного федерального закона, если инициатива исходит от первичной профсоюзной организации.
Таким образом, уважаемый Андрей Глебович не вправе был по закону ссылаться на то, что уже есть один профсоюз медицинских работников для того, чтобы не сотрудничать с новым. Если первичная организация проявит инициативу в ведении коллективных переговоров и заключении соглашения, работодатель не вправе отказать со всеми вытекающими из ст.28 указанного закона последствиями. Даже если руководитель профсоюза показался работодателю «странным».
Совершенно непонятно, каким образом, по утверждению А.Г.Камкина, в Университете «осенью 2012 года начались известные многим процессы борьбы с взяточниками». Борьба с взяточниками, как известно, является исключительной компетенцией правоохранительных органов (статья 290 УК РФ). Еще более удивительным представляется утверждение А.Г.Камкина о том, что «за последние полтора года результаты наших действий очень внушительные». Прочитал это и предположил, что правоохранителями выявлено и привлечено с помощью администрации Университета к уголовной ответственности множество взяточников. Читаю далее. Оказалось, что ошибся. А.Г.Камкин утверждает относительно этих результатов, что они не афишируются, поскольку-де «это наше внутренне дело». Получается, взяточники годами укрываются в Университете от уголовной ответственности?! В связи с указанным заявление ректора есть, как полагаю, основания для доследственной проверки на предмет выявления признаков преступления, предусмотренного статьей 316 УК РФ (заранее не обещанное укрывательство особо тяжких преступлений). Исполняя это требование закона, ректор обязан был по каждому выявленному случаю взяточничества письменно уведомлять об этом следственные органы. Если это не делалось, не исключена уголовная ответственность по ст.316 УК РФ, поскольку ряд частей ст.290 УК РФ предусматривает уголовную ответственность за особо тяжкие преступления в виде квалифицированного получения взяток.
Представляются невнятными и претензии ректора Университета к оппонентам – совместителям, которыми якобы нарушается трудовое законодательство. Согласно статье 284 Трудового кодекса РФ, продолжительность рабочего времени при работе по совместительству не должна превышать четырех часов в день. В дни, когда по основному месту работы работник свободен от исполнения трудовых обязанностей, он может работать по совместительству полный рабочий день (смену). В течение одного месяца (другого учетного периода) продолжительность рабочего времени при работе по совместительству не должна превышать половины месячной нормы рабочего времени (нормы рабочего времени за другой учетный период), установленной для соответствующей категории работников.
В этой связи не понятно, на чем основывается ректор Университета, утверждая о том, что «при двух выходных днях (суббота и воскресенье) и 36-и часовой рабочей неделе все сотрудники вузов в течение 7 часов 12 минут ежедневного рабочего времени в течение 5 рабочих дней обязаны вести группы студентов… Делать все это в рабочее время и на территории кафедры». Совместители, как это видно, всего этого делать не должны, как нет оснований их обзывать и собравшимися в кучку «бездельниками». Нельзя при этом не согласиться и с тем, что такой режим для совместителей действительно заслуживает наименования «рабский».
Непонятна угроза ректора наложить на нарушителей «строгий выговор». Согласно статье 192 Трудового кодекса РФ дисциплинарными взысканиями являются замечание, выговор, увольнение по соответствующим основаниям. Закону дисциплинарное взыскание в виде «строгого выговора» неизвестно. Трудовое законодательство, как это видно, не очень знакомо и декану психолого-социального факультета, обратившегося к ректору с просьбой «наложить административные взыскания». Между тем ректор не обладает властью привлечения к административной ответственности, а только к дисциплинарной. Вызывает недоумение и квалификация, как «большого нарушения» и отказ писать объяснительные записки» со стороны предполагаемых нарушителей трудовой дисциплины. Согласно статье 193 трудового кодекса РФ дача письменного объяснения работника является правом, а не обязанностью работника. Поэтому отказ дать письменные объяснения не может считаться нарушением закона, и тем более «большим». Вызывает недоумение и ссылка ректора на возможность увольнения «за систематическое нарушение трудовой дисциплины». Действующее трудовое законодательство такого основания увольнения не знает (статья 81 Трудового кодекса РФ «Расторжение трудового договора по инициативе работодателя»).
Наконец, представляются совершенно недопустимыми выражения, которыми изобилует «Открытое письмо» ректора в отношении преподавателей. Связывая свое медицинское образование с мнением о «странности» преподавателя, не имея решения суда об ограничении в дееспособности или о признании его недееспособным, ректор публично и безосновательно подверг сомнению психическое здоровье человека. Совершенно недопустимо называть преподавателей вуза и «собравшимися в кучку бездельниками», «профсоюзными бонзами». Тем более, что претензии к совместителям о рабочем времени являются незаконными. Нельзя ректору вуза называть кого-либо «никчемным человеком», «шутовским председателем». Недостойно и сравнивать работающих в вузе преподавателей с «грязной пеной», которая будет «выброшена океаном нашего Университета», что его оппоненты являются «гнойником».
В этой связи хотел бы напомнить о наличии в Кодексе Российской Федерации об административных нарушениях статьи 5.61. (Оскорбление), а в Уголовном кодексе РФ статьи 128.1. (Клевета).
Всегда представлялось, что ректор вуза должен быть интеллигентом высшей пробы по определению. Видимо, ошибся…
