Прикладная кризисология в сфере вузовского образования

А.Могилев

Публикуем очередную статью профессора А.В.Могилева в его авторской колонке.

 

Налицо кризис сферы высшего образования в стране. Каковы его основные признаки и в чем причина?

Кое у кого уже готов ответ: мало денег, не платят как следует… К сожалению это далеко не точный и не полный ответ, и поставить «5» за него далеко нельзя. Он неверен и по сути: если вдруг начать вкладывать в больших количествах в вузы, в зарплату преподавателей деньги, ситуация ведь не улучшится заметно, никто не начнет вдруг работать в вузовской системе лучше, а студенты не начнут лучше учиться. В чем же дело?

Вузовский кризис возник не сразу, не вдруг. Это классический кризис типа «замкнутый круг», в котором обретается минобрнауки, ректораты вузов, их преподавательский состав, студенты.

Руководство страны недовольно качеством (слишком низким) подготовки выходящих из выпускников и их количеством (слишком большим), уверено в бесполезности существования такого большого числа и притом «раздувшихся» вузов, попросту являющихся продажей дипломов государственного образца и, руководствуясь неолиберальной идеологией, стремится не увеличивая расходы на вузы, особенно на их штат, осуществить парадоксальный переход из количества в качество. Парадоксальность здесь в том, что в диалектике обычно количественный рост на каком-то этапе переходит в новое качество, наши же «правители» надеются путем количественного уменьшения добиться изменений качества в смысле повышения качества подготовки выпускников, и для этого в дополнение к существующим (и не работающим) аккредитационным процедурам придумывает разные «мониторинги», закрывает проштрафифшиеся вузы. В известном смысле это подобно попыткам заправить обратно в тюбик выдавленную из него зубную пасту.

Ректоры вузов недовольны качеством подготовки приходящих в вузы абитуриентов, которое потом выливается в слабую подготовку студентов, так и норовящих провалить аккредитационное тестирование. А особенно они недовольны давлением со стороны министерства, неуклонным снижением финансирования, и, уж само собой, преподавательским составом, стремящемся от недисциплинированности к полной анархии.

Преподаватели недовольны низкими зарплатами, ленивыми и бестолковыми студентами, не имеющими элементарной базовой подготовки (в первую очередь школьной), а также врагами-ректорами (и проректорами), издающими откровенно тупые приказы и норовящими увеличить учебную нагрузку и разные сопутствующие обременения, а то и уволить по сокращению. Удручены они ужасающим состоянием аудиторий во многих вузах, отсутствием соответствующим образом организованных рабочих мест, оборудования, расходных материалов, особенно современной среды для учебной и научной работы.

Наконец, студентам не нравится большинство преподавателей, которые что-то от них требуют и даже пытаются прессовать, а на лекциях и семинарах, которых кошмарно много, говорят какие-то непонятные вещи, ставят дурацкие вопросы и несправедливые оценки, а также задают несуразно большие домашние задания. А сами приходят на занятия неподготовленными и черт знает как выглядящими.

Короче, в вузовской сфере все недовольны всеми, и это основной признак кризиса.

Этот кризис возник не сразу, не сам по себе. К нему мы шли очень долго и целенаправленно.

Отправной точкой стало положение, сложившееся в высшем образовании в 1970-е годы: вузов не много, поступить и учиться в них может далеко не каждый, а действительно, самые лучшие. На выходе они востребованы (по обязательному распределению в соответствии с успеваемостью) на инженерных должностях многочисленных предприятий оборонки, отраслевых НИИ, ну, а самые перспективные — в быстро развивающихся институтах АН СССР (и АН союзных республик). Те же, кто не поступает в вузы, также могут устроиться в жизни: работает огромная сеть профтехобразования и можно получить рабочую профессию, которая, кстати, оплачивается значительно лучше, чем работа с высшим образованием.

Профессура и доцентура вузов – небольшая, престижная, вожделенная, высокооплачиваемая группа. Пробиться в профессоры – мечта для лучших студентов. Или стать женой профессора – у студенток.

В 1990-е годы ситуация резко меняется. Оборонная промышленность, отраслевые НИИ порушены. Среди специалистов – огромная безработица, они либо выживают ловлей рыбы в пригородных водоемах и выращиванием картошки на активно выделяемых в те годы участках земли, либо подаются в челноки. Одновременно сеть профтехобразования перебрасывают на региональный бюджет, и она начинает загибаться. А в вузах – ничего. Ельцын, как и обещал, подбрасывает зарплату преподавателям вузов, никто их не сдерживает, и они начинают расти и пухнуть как на дрожжах. Простые политехи и пединституты переименовывают в университеты, возникает массовый коммерческий набор, создается много новых, коммерческих вузов. Их лучшие выпускники остаются при своих вузах – больше некуда идти, все пишут и защищают диссертации. В те годы вузы выполняли еще и функцию резервуара: поглощали молодежь, и вообще, весь интеллектуальный ресурс, который иначе сделался бы безработным.

В эти годы вузы и вузовская общественность становятся автономным от государства образованием, а качество образования проваливается в крутое пике: преподавателям непонятно, чему и зачем учить, а студентам – чему и зачем учиться, ведь основные потребители вузовского «продукта» — выпускников – прекратили существование. Практически остановилась и наука в России – исчезли заказы, не для кого стало выполнять исследования. Знания, хорошее образование стали по большому счету никому не нужны. И никто не хотел или не был готов за них платить, точнее, платить их реальную цену.

Сейчас, в середине 2010-х ситуация изменилась мало: налицо распухшая и разросшаяся вузовская сеть, огромное число студентов и преподавателей. По числу студентов на 10 душу населения Россия занимает 2-3 место в мире http://www.demoscope.ru/weekly/2009/0375/analit02.php после Финляндии и Польши. Даже США позади. Единственное отличие: ВНП на душу населения у нас весьма невысок. Но сейчас у нас восходящий тренд у госслужбы. Промышленности по-прежнему не требуются выпускники вузов. Теперь у нас пухнет и разрастается окрепшая властная вертикаль, вбирая значительное число выпускников, для которых стать чиновником, пойти на госслужбу – один из самых привлекательных жизненных сценариев.

Но эта властная вертикаль упорно ищет и придумывает, как ей поступить с полуавтономной, малоуправляемой, угрожающе разросшейся и невостребованной вузовской сферой, которая сжирает много ресурсов, но ничего кроме головной боли ничего не дает и не испытывает никакой благодарности и признательности. И пытается применить к ней рыночно-либеральные идеологические принципы, типа, что она должна кормить себя сама.

Образование – по либеральным канонам – услуга, и поэтому те, кто ее получают, должны за нее платить. Проблему маленьких зарплат преподавателей вузов пытаются решать за счет самих преподавателей: сокращая их количество и увеличивая нагрузку на них. Как говорят, имеющиеся средства размазываются по такому большому числу вузов, что на каждый получается всего ничего. По ближайшим планам, к 2018 году должна быть ликвидирована половина вузов (вместе со студентами) и сокращена половина их преподавателей, однако решительных шагов из-за боязни социального взрыва не предпринимается.

Вузовская среда остается носителем и рассадником коммунистических идеологических стереотипов: от государства она хочет по потребности, а трудиться – по способности. Образование рассматривается в этой системе ценностей как имманентное право каждого члена общества, которое ему должно быть доступно бесплатно. К тому же проблема многих преподавателей состоит в том, что призванные своей научной отраслью, они крайне ригидны, мало задумываются как о социальных факторах в своей деятельности, так и о педагогических вопросах обучения студентов, не собираются проявлять гибкость и адаптивность и упорствуют в своей невостребованности. Установка тут такая: как учили нас, так и мы будем учить наших студентов! Ни шагу в сторону! Другого не дано!

Главная мысль, к которой мы клоним в этом тексте: вузовская сфера не соответствует сложившейся сейчас структуре общественного производства и общества в целом, либерально-рыночной идеологии, привитой нашей правящей элите Егором Гайдаром. Из этой ситуации возможно только два выхода: либо правительство сломает и выбросит вузовскую систему, как изжившую себя (но при этом ухитрится решить массу проблем социального порядка, не говоря уже о том, что обеспечит преемственность основных интеллектуальных процессов и ресурсов общества), либо эта вузовская сфера взорвется, сметет либерально-рыночный подход и серьезно повредит этой самой правящей элите.

Пока что мало кто у нас в стране понимает антагоничность существующих противоречий. Серьезные проблемы несовместимостью с жизнью высшего образования страны пытаются лечить зеленкой и аспирином, надеясь, что путем «мониторинга» и других достаточно спорных шагов минобрнауки удастся затолкать зубную пасту обратно в тюбик: получить из нынешней вузовской махины маленькую, отвечающую структуре производства, управляемую, ориентированную на цели правящей элиты, буржуазно-цивилизованную систему высшего образования. Существует, конечно, и еще один, совершенно фантастичный сценарий: экономика, общественное производство вдруг скачкообразно вырастет и его удастся подвести под раздутую образовательную сферу, что сделает ее востребованной, создаст для нее ориентиры, заказ. Фантастичность этого сценария аналогична строительному проекту, в котором здание строится сначала, а фундамент под него подводится уже потом.

Любой системе рано или поздно, по вполне объективным причинам приходит конец, и она подвергается слому. При размышлениях о вузовских проблемах думаешь, не тот ли это случай? И может быть пора строить запасные, спасательные образовательные конструкции рядом с тем обреченным монстром, который вот-вот рухнет?

Комментарий к записи “Прикладная кризисология в сфере вузовского образования

  1. Konstantin Morozov

    Октябрь 20, 2014 at 7:00пп

    Автор утверждает: «Вузовская среда остается носителем и рассадником коммунистических идеологических стереотипов: от государства она хочет по потребности, а трудиться – по способности. Образование рассматривается в этой системе ценностей как имманентное право каждого члена общества, которое ему должно быть доступно бесплатно. К тому же проблема многих преподавателей состоит в том, что призванные своей научной отраслью, они крайне ригидны, мало задумываются как о социальных факторах в своей деятельности, так и о педагогических вопросах обучения студентов, не собираются проявлять гибкость и адаптивность и упорствуют в своей невостребованности. Установка тут такая: как учили нас, так и мы будем учить наших студентов! Ни шагу в сторону! Другого не дано!» На мой взгляд, это очень упрощающий взгляд на всю вузовскую среду. Да, часть из нее, мыслит похожим образом, но только часть, причем не самая авторитетная, не самая влиятельная и т.п. Сегодня, в преподавательской среде есть весь спектр политических взглядов, которые есть и в обществе. И скажем в вузах сейчас немало сторонников платного обучения и т.п.

Комментарии закрыты.